Hogwarts.Dark history.

Объявление



Добро пожаловать на литературную ролевую игру квестово-локационного типа "Hogwarts.Dark history."

Внимание! Прием неканонических персонажей закрыт. (Подробности см. в Правилах форума, Раздел 1, статья 1).


Дата:

Ноябрь-декабрь 1997 года


Важно:

Реклама в чате и по ЛС запрещена! Темы без разрешения администрации создавать не желательно.


Важные темы:

Хронология событий

Список администрации

Нужные персонажи без анкеты

Уровни магических способностей.

Новости

Библиотека. Тут Вы найдете много полезной информации.
Погода:

Солнечно и ветрено.


Важно:

Разыскиваются: Члены ПОЖИРАТЕЛИ СМЕРТИ!!! Особенно Рабастан Лестрейндж и Рудольфус Лестрейндж

Неканонические персонажи принимаются только договоренности с администрацией ресурса


Интересные темы:

Наша Параллельная реальность (Игра вне основной игры) Помним и играем)


Не забываем посещать нашу группу вконтакте , подписываемся на паблик и кликаем на рейтинги.

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Hogwarts.Dark history. » Волшебный мир » Нурменгард


Нурменгард

Сообщений 1 страница 14 из 14

1

Нурменгард — тюрьма, созданная Геллертом Грин-де-Вальдом. Она была построена с целью заключения в ней идейных врагов Грин-де-Вальда. На вратах Нурменгарда выбита надпись: «Ради общего блага» и рисунок, символизирующий Дары Смерти.

http://images2.wikia.nocookie.net/__cb20110609092206/harrypotter/ru/images/3/3f/Nurmengard.jpg

0

2

Квест №6

http://x-lines.ru/letters/i/cyrillicgothic/0414/940F04/52/0/4nx7bxsos8emmwfurdemfwfi4n7pbcy.png

http://st-fashiony.ru/pic/celebrity/pic/97113/36.gif


Название: Побег века
Участники: Геллерт Гриндевальд, Беллатриса Лестрейндж
Место событий: тюрьма Нурменгард
Дата: 1 сентября
Очередность постов: Геллерт Гриндевальд, Беллатриа Лестрейндж
Краткое описание: Беллатриса Лестрейндж, обладательница посоха некроманта, вынашивает свои собственные планы на эту жизнь. После печально закончившегося педсовета в Хогвартса, она спешно принимает решение посетить одну небезызвестную тюрьму - Нурменгард, в коей заточен еще один некромант - Геллерд Гриндевальд. О чем будут разговаривать двое великих? И к какому решению придут в итоге? Ждет ли мир новая война? Все это может быть станет известно после беседы двух единомышленников по профессии.

Отредактировано Game-Master (2013-10-24 00:53:16)

0

3

«Ее можно победить», - подумал Геллерт. Затем последовала вспышка яркого света,  и он проснулся. Как просыпался уже много ночей подряд от одного единственного сна. Ему снова и снова снился тот день, когда он был побежден и оказался заточен здесь, в Нурменграде.
Думал ли он о таком исходе в то время, когда возводил эту мрачную и страшную тюрьму.  Нет, он думал о собственном величии, о мире, который будет принадлежать ему.
Но все-таки он здесь, в этом каменном мешке. Три метра вдоль одной стены, три вдоль другой. И так  каждый день, вот уже больше половины века. Без какой-либо возможности выйти отсюда.
Уж это Гриндевальд  знал лучше, чем кто-либо другой. Никакая магия не способна сокрушить эти стены, нет такого заклинания, которое открыло бы двери изнутри.
Но в тоже время он ждал, он верил, что однажды случится то, что поможет ему освободиться. Тогда он сможет восстановиться сам и попытаться восстановить свое прежнее могущество.  Именно эта мысль, этот слабый огонек надежды помогали ему оставлять свой рассудок чистым.
Кроме того, часто в нем просыпалось любопытство. Что стало с миром за то время, что он провел здесь, в своей темнице. Практически никаких известий не попадало в эти стены. Остались ли там те, кто еще помнил дело Гриндевальда. И что было самым главным, оставались ли там те, кто были его сторонниками.

+1

4

1997 год, 1 сентября, понедельник. Ночь.

Империус действовал безотказно. Ведьма даже начала чувствовать привкус эйфории, как если бы после Феликс Фелициса. Да хранят небеса Амбридж! Весь август она ждала появления какой-либо комиссии, как манны небесной. Поэтому, стоило старому завхозу объявить о прибытии инспектора из Министерства, Лестрейндж поспешила воспользоваться дарованным Судьбой шансом.
Небо серело. Надо успеть до рассвета. У неё впереди пара-тройка часов, не больше. Лестрейндж откровенно нервничала.
Нурменгард целиком состоял из серых блоков. Всё неумолимо напоминало Азкабан. Однако Лестрейндж не чувствовала дементоров. Хвала Мерлину. Беллатриса переоценила свои возможности и немногим позже за это расплачивалась- недавняя аппарация напомнила о себе. Упадок сил подкрался неожиданно.
После долгого подъема ведьма и ее конвоиры шли по длинному, тускло освещенному коридору. Лестрейндж пару раз глянула по сторонам и отметила про себя о том, что в таких условиях вести бой будет невозможно. Слишком узкие коридоры.
Все размышления Беллатрисы сводились к поиску ответа на один-единственный вопрос: что она может сделать, чтобы покинуть это место не в одиночку?
Оба надзирателя провели ведьму к самому концу коридора. Один из них прошел вперед, к двери камеры. Вместо связки ключей у него был всего лишь один, но зато внушительных размеров, видимо,универсальный. Somnolus Sternere! Incarcero! Отлеветировав в сторону своих конвоиров, Лестрейндж на цыпочках подошла к двери и смахнула пот с лица. Всё же возможное освобождение камеры может вызвать небольшие неприятности. Во всяком случае, её имени в списке посещений быть не должно. У Дамблдора недурно с арифметикой. Белла собралась с духом и толкнула дверь. Та со скрипом распахнулась во внутрь.
Нет, не таким она оожидала увидеть величайшего тёмного волшебника первой половины этого столетия. Запнувшись на пороге, Лестрейндж медленно произнесла: Доброй ночи, герр Гриндевальд.

Отредактировано Беллатриса Лестрейндж (2013-10-27 16:23:06)

+1

5

И снова вспышка света и темнота. Еще одна ночь, ничем не отличимая от вчерашней. Да и от той, что была позавчера, неделю назад, месяц, год, десять лет. Да и ночь ли вообще. Геллерт уже не единожды задумывался над тем, что скорей всего он уже давным-давно потерял счет времени. Здесь, в камере Нурменгарда невозможно достоверно отличить день от ночи, уловить ту мимолетную черту смены времени суток.
Вечный полумрак замкнутого пространства не оставлял разуму не малейшего шанса на выживание. Кто знает, быть может, безумие подкралось к нему совершенно незаметно, тихо, на мягких полусогнутых лапах. Быть может,  уже давно оно приняло его в свои объятья и уже несколько десятков лет тихо убаюкивало угасающий разум.
Гриндевальд снова и снова измерял шагами стены своей камеры. Старый маг гнал от себя тревожные мысли. Нет, он не мог просто так, незаметно, проиграть свой рассудок. Да, он был лишен всего, но его ум был тем, что никто не в состоянии был отнять.  Он верил, вернее хотел верить, что его мысли все еще ясны и не утратили былой остроты.
Но что-то едва уловимое отличало сегодняшнюю ночь от предыдущих. Или же день. Впрочем, это было не важно. Интуиция нашептывала Геллерту, что сегодня что-то произойдет. Он гнал этот едва слышный, но назойливый шепот прочь. Что может произойти здесь? Стены Нурменгарда рухнут в одночасье? Это невозможно, во-первых. А во-вторых, этот факт скорей бы огорчил Гриндевальда, чем обрадовал. Его детище создавалось на века. Стены этой тюрьмы должны были вселять ужас. Впрочем, с этим они справлялись прекрасно.  Тогда что еще могло случиться такого? Ничего. Ровным счетом ничего.
Уже двести шагов этой ночью. Гриндевальд считал свои шаги лишь для того, чтобы концентрироваться хоть на чем-то.  Звук от этих шагов был единственным нарушением зловещей тишины, царившей здесь. Ни один звук извне не мог проникнуть сюда. Тишина еще один верный проводник безумия. Наравне с темнотой, одиночеством и теснотой клетки.
Внезапно тишина была прервана. Это случилось столь неожиданно, что  Геллерт не понял в первый момент что произошло. Звук шел от двери. Этот скрип казался настолько громким, что первым желанием было заткнуть уши.  Казалось, что кто-то проводит когтем по стеклу.
Гриндевальд резко развернулся в сторону звука. Либо это была галлюцинация, либо дверь действительно распахнулась от толчка. Тусклый свет коридорного освещения пробился в камеру, но даже его было достаточно, чтобы на мгновение ослепить глаза, привыкшие к темноте.  Наконец, Геллерт различил на пороге своей камеры фигуру женщины. Она обращалась к нему.
Что же интуиция не подвела, эта ночь действительно была отлична от других. И то, что сейчас действительно ночь подтверждалось словами гостьи.
- Кто Вы? - произнес  Гриндевальд сквозь зубы. Каким же непривычным и чужим казался ему собственный голос после долгого молчания. Казалась, что он стал более низким, хриплым. – Что Вы забыли здесь?

+1

6

Лестрейндж смогла сформулировать неясные ощущения, преследовавшие ее с самого вчерашнего вечера. Она настолько предвкушала эту встречу, что решила, будто все сразу решится само собой. Но если подумать – с чего она взяла, что Гнриндевальд сам в курсе этих событий? Почему это не обречено на провал? Если подумать, то сильный интерес аврората к ней был попросту неизбежен.
Побывать в Нурменгарде для того, чтобы оказаться в Азкабане. Белла поежилась. Из глубин ее памяти против воли поднимались самые омерзительные и неприятные воспоминания.
Это при Темном Лорде Белла стояла по правую руку от Волдеморта. Сейчас все иначе: у Беллы  нет ни здоровья, ни влиятельности, ни соратников, обязанных ей спасением от Азкабана.
Цинично рассуждая, если Гриндевальд не даст ничего, кроме отказа, Белла останется при своих, а вот если он поможет, жить станет гораздо веселее. Но не воспримет ли он её, как школьника, балующегося с адским пламенем? Чашу надо испить до дна.
Во всяком случае, заверила себя Лестрейндж, можно и самой со всем управиться, ежели маг будет упрямится. Все мог испортить вездесущий Дамблдор, но не за этим ли она поспешила сюда? Она не просто так выискивала информацию о местонахождении детища Гриндевальда. Дамблдору сейчас не до нее. Колпак приподнялся и ей удалось выскользнуть наружу. Теперь она сама себе напоминала школьника, наколдовавшего файденфайр.
В Нурменгарде неприятно саднила шея, на с той стороны где была уже начинающая выцветать татуировка с номером. Еще одно тавро.
Лестрейндж показалось, что прошло не менее получаса, пока узник соизволил ответить. Она сама безобразно медлила.
- Мадам Лестрейндж к Вашим услугам,- ведьма почтительно склонила голову перед заключенным. Гриндевальд был обескуражен, Лестрейндж нетерпеливо переминалась с ноги на ногу. Тянуть время было опасно.
–Вас, с Вашего позволения. Надеюсь, Вы не откажете мне в небольшой прогулке...-осклабилась Белла, приобретая большее сходство с изображением на листовках 95 года.

0

7

Гриндевальд остался стоять неподвижно, внимательно изучая ночную гостью.  Что это? Реальность или вымысел? Он все таки сошел с ума, и теперь воспаленный разум подкидывал ему столь яркие галлюцинации.  Или же все происходящее не было плодом больного воображения, и к нему действительно пожаловал гость, зовущий его прочь из этой опостылевшей камеры.
Если имел место первый вариант, то насколько болезненным будет возвращение в реальность. Снова очнуться в стенах каменного мешка. Снова и снова измерять ночами периметр камеры.  Снова ночные кошмары. Только все будет еще страшнее, еще изматывающее. Или же не очнуться, а навсегда остаться в плену игры воображения. О, ну тогда заточение определенно станет более радостным.  Его собственный рассудок избавит его от одиночества, быть может, даже эти назойливые и изматывающие сновидения уйдут прочь. 
А если это реальность, то откуда эта женщина. Кто она и почему она здесь. Мадам Лейстрейндж … кажется так она сказала.  Кем бы она ни была, она принесла с собой слабую надежду выйти из этих стен.  Слабую, но настолько желанную. Выйти, а потом уже разбираться что, зачем и почему привело ее сюда. 
Не прерывая размышлений, Геллерт сверлил взглядом мадам Лейстрейндж, пытаясь хоть примерно понять, что за птица явилась к нему среди ночи.  Если конечно, она, правда, явилась из внешнего мира, а не появилась в результате работы его воображения.  Кто она? Мог ли он слышать о ней там, за этими стенами. Вряд ли, слишком молода.
Мысли метались в голове Гриндевальда и совершенно не желали принять хоть сколько нибудь  упорядоченный характер. Слишком сильное событие после пятидесяти лет одиночества.
- Какой смысл мне идти с Вами? - наконец выдавил из себя узник, - что получу я от этой прогулки?
Для себя Геллерт уже успел решить, что в любом случае сделает шаг и пойдет за зовущей его женщиной. Терять ему в любом случае уже нечего. И чем бы ни был ночной визит… бредом, шансом выйти на свободу, чем-то еще… рискнуть определенно стоило.  Единственное, что хотел сейчас Геллерт, так это убедиться в своей вере в то, что все это не чудится ему.

0

8

Беллатриса успела десять раз пересчитать количество прутьев в решетке на стене и двадцать раз прислушаться к шороху… Она старалась относиться терпимее к медлительности узника.
Иногда ей начинало казаться, что она ошиблась; и вечером вместо свободы, она окажется по соседству с Гриндевальдом, только вместо надзирателей будут дементоры.
Два с половиной года назад Белла не могла и вообразить, что все повернется вот так: с ног на голову. Темный Лорд казался ей не просто могущественным и бессмертным, но и всезнающим. Ни она сама, ни Гриндевальд сейчас не казались мадам Лестрейндж могущественными и всезнающими. Но ведь тяга к знаниям и "совершенствованию" не раз окупались с лихвой?
Ведьма очередной раз криво усмехнулась, заметив сомнение на лице заключенного. Гриндевальд то и дело бросал на неё подозрительные взгляды, Лестрейндж расправила плечи и поежилась.
Откровенно говоря, сомнения Гриндевальда пугали её. Это перемещение не прошло незамеченным, однако, сейчас был ход чёрной пешки, и сделать этот шаг в одиночку было бы трудно. Инициатива наказуема.
Пока господин Гриндевальд собирался с мыслями, Беллатриса молча изучала камеру и кривилась от болезненных воспоминаний. Нурменгард целиком состоял из разных оттенков серого: темно-серая глыба, свинцово-серое небо, серые прутья. Где-то здесь должно быть и серое месиво в серой миске.
Под очередным пристальным взглядом Лестрейндж дёрнулась и поправила ворот мантии, поднимая его повыше.
Наконец молчание было прервано: Какой смысл мне идти с Вами? Что получу я от этой прогулки? Лестрейндж прошлась вдоль двери. Вопрос был предсказуемым и  оттого сложным. Иллюзию свободы.
-Есть ли в этом смысл- решать Вам. Однако мне казалось, что у Вас так давно не было собеседника,-ведьма вздохнула,- есть люди, которое были бы рады Вашему возвращению. Но есть и те, которые были бы рады нашему соседству на дне Северного моря.
Что бы она сделала на его месте? Кинулась бы в омут с головой.  Но в таком случае сложно было бы сказать, к чему привел такой риск.
- Всем людям угодить - искусство, которое никому не под силу. И только Вам решать- есть ли смысл в этой утренней прогулке или стоит забыть это, как предлихорадочное наваждение.

+1

9

Пора было откинуть сомнения и уже сделать шаг. Если задуматься, то на кону стояло не так уж и много. Геллерту практически  ничего было  терять, чем бы ни обернулась ночная прогулка.  А в таком случае, зачем еще тянуть время.  Итак, те минуты, которые прошли с тех пор, как дверь его камеры отворилась, казались бесконечными.
На мгновение, Гриндевальду показалось, что его вопрос вызвал у женщины затруднение. Да и вообще, нахождение здесь, в стенах Нурменгарда, казалось, причиняло гостье неудобство. Однако, разве это могло что-то изменить?по крайней мере не то решение, которое уже принял маг.
Он сделал решительный шаг к своей гостье, пожалуй, движение вышло слишком резким даже для него самого, отвыкшего от каких-либо телодвижений, кроме неторопливых прогулок вдоль стен.
Слова мадам Лестрейндж затронули честолюбивые нотки в душе  старого мага и даже вызвали какое-то подобие усмешки. Есть люди, которое были бы рады Вашему возвращению.
Неужели, кто-то еще помнит о том, что Геллерт Гриндевальд жив и еще меньше веры было в то, что кто-то в тайне надеется, что он вернет свое былое могущество. Но какая приятная надежда.
- Что ж, смысл есть во всем, кроме бездействия, - Геллерт снова изобразил на своем лице ухмылку, - так что уже давайте отправимся на предложенную Вами прогулку, мадам Лестрейндж, хотя окрестности Нурменгарда и не самое приятное место для встречи рассвета.
Гриндевальд сделал жест рукой в сторону двери, давая понять своей гостье, что пропускает ее вперед, а сам готов последовать за ней. И пусть эта прогулка окончится любым финалом, кроме возвращения в реальность опостылевшей камеры.

0

10

По своей памяти Беллатриса могла сказать, что освобождение- это не просто незабываемое в жизни событие. Нет. Это настоящая эпопея, которая начинается с первых минут заключения и затягивается если не на годы, то на десятилетия.
Колдунья бросила еще один взгляд на узника, ходившего в раздумьях. Её очень радовало, что он смог сохранить относительно здравую психику и быструю реакцию. Ведь встретить  заключенного со здоровой психикой, без каких-либо отклонений, фактически нереально. Под этим она могла подписаться.
Лестрейндж было не перестать сравнивать свои ощущения с тем, что она видела здесь. У неё не получалось изгнать мрачные воспоминания из памяти. Они превратились в ночной кошмар.
Она украдкой посматривала на размышляющего Гриндевальда.  Узнику тяжело собраться и беспристрастно оценить ситуацию. Изнуряют метания. В такие минуты и совершаются роковые ошибки.
Но не было похоже, что маг сделал свой выбор впопыхах. Беллатрисе казалось, что он действовал по заранее обдуманной стратегии. Это верно,-Белла кивнула своим же словам, будучи погребенным заживо в четырех стенах, только эти и занимаешься, лишь бы не остаться наедине в Тишине со своими страхами.
-…давайте отправимся на предложенную Вами прогулку, мадам Лестрейндж, хотя окрестности Нурменгарда и не самое приятное место для встречи рассвета,- Беллатриса с трудом удалось сдержать свое ликование. Все же доводы разума взяли свое.
-С превеликим удовольствием, герр Гриндевальд,- почтительно откликнулась женщина, прежде чем перешагнуть неровный порог камеры и выйти в коридор. Поначалу она опасалась, что маг набросится на неё со спины, ведь с рассудком за, почитай, полвека могло многое произойти.
С её бывшими конвоирами за время их краткой беседой с арестантом ничего не произошло. У них все будет впереди. Их услуги ей более не понадобятся. Ведьма прекрасно запомнила все повороты.
Свернув в очередной коридор, Беллатриса прислушалась. До обхода оставалось около часа. Они очень удачно успевали, даже несмотря на отсутствие юношеской прыти у обоих.
- Полагаю, что пейзаж острова успел Вам наскучить,- насмешливо протянула Беллатриса, оборачиваясь к Гриндевальду, и сразу же перешла на нормальный тон: Вы не боитесь аппарировать? Я не уверена, что это может пройти бесследно для Вашего...нынешнего состояния,- осторожно закончила ведьма.

+2

11

Геллерт проследил глазами за выходящей из камеры мадам Лестрейндж, где-то в глубине души он все еще опасался, что вот сейчас она сделает шаг и все исчезнет. Иллюзия пропадет, а он снова останется один. Один, наедине со своими мыслями.
Но нет, дверь не захлопнулась неожиданным образом. А раз так, то медлить было нельзя. Такой шанс выпадает лишь однажды. Воспользоваться, а потом уже разбираться в первопричинах.
Бросив взгляд на опостылевшую за полвека камеру,  Гриндевальд шагнул за порог. Неужели сюда он больше не вернется, неужели то, чего он так долго ожидал, происходит здесь и сейчас.
Странные ощущения нахлынули на старого мага. Казалось бы, он должен был радоваться происходящему. Ну, или, по крайней мере, испытывать какие-то более или менее позитивные эмоции.  Но в душе Гриндевальда царило какое-то смятение.  Не то чтобы эта камера стала ему за полвека родным домом, но он привык к ней что ли. Хотя с другой стороны и не было и сожаления от того, что эти полвека остаются позади.
Коридоры, коридоры, бесконечные повороты Нумергарда. Когда-то он сам создавал их, сейчас же он не вспомнил бы и половины из созданных им лабиринтов.  Сейчас ему казалось, что они шли уже в течение вечности. 
Наконец его спутница прервала молчание. - Полагаю, что пейзаж острова успел Вам наскучить,
Ха, пейзаж острова…. Геллерт уже слабо помнил как оно все там, за стенами. Увы, но крошечное отверстие в стене его камеры не было предназначено для любования окрестными видами. Как ни крути, а это бы отвлекло узника от общения с собоственным Я.
- Вы не боитесь аппарировать?
Боится ли он? Разве за полвека проведенных без движения, без общения, без всего… разве за это время можно не бояться чего угодно. Да даже собственного через чур громкого вздоха. А тем более аппарация, довольно серьезное испытание. Хотя, когда-то… впрочем, Геллерту совсем не хотелось углубляться в воспоминания о том, что имело место быть полвека назад. Еще меньше ему хотелось размышлять о том, что он сейчас может, а чего нет. Не глядя на Лестрейндж, он сухо произнес:
- Боюсь ли я? Разве сейчас это имеет смысл? Что точно не может пройти бесследно для меня, да и для Вас, так это пустая болтовня и время потраченное в пустую.

Отредактировано Геллерт Гриндевальд (2013-11-21 16:26:48)

0

12

Лестрейндж казалось, что она прекрасно понимает всю гамму чувств, испытываемую господином Гриндевальдом. Возможно, она ошибалась.
Находясь в местах не столь отдаленных, Белле удавалось наблюдать коллег и соратников, а ныне- товарищей по коридору, которые в отсутствие дементоров проявляли недюжинную активность, носясь как угорелые из угла камеры в угол, распустив пальцы веером. Им нравилось изображать из себя тюремных авторитетов и время от времени изрекать глубокомысленные фразы про грядущее освобождение Тёмным лордом. Тогда она сама верила в то, что стоит ей только выйти на свободу, сбежать, всё будет как встарь, будет работать прежний механизм. Но у жестокой реальности было своё мнение.
За время своего бездействия в камере она успела надумать много всего радужного и легковыполнимого. Сидя за решеткой, она не могла представить себе и половины проблем, подстерегающих ее на свободе. Министерство и аврорат контролировали её лучше следящих чар. Равно как и сейчас. Её нынешнее отсутствие будет замечено Дамблдором спустя полдня, не позже. Директору потребуется минута, чтобы сложить два и два. Белла слишком хорошо знала Дамблдора и министерство, чтобы предсказать, что будет дальше. Но тут можно было сыграть на патологической жадности некоторых сотрудников правоохранительных органов. А пока через всю эту бюрократическую систему пройдет нужная бумажка, Лестрейндж уже выиграет эту партию.
А пока ей предстояло пройти немало клеток.
- Боюсь ли я? Разве сейчас это имеет смысл?Подобное бахвальство было глупым и бессмысленным, но на месте Гриндевальда колдунья поступила бы также. Всё же ведьма вспыхнула от подобного отношения к её заботе:
-Для меня это не имеет смысла. Разве что это сэкономит время на восстановление Вашей плоти после расщепления,-попытавшись взять себя в руки, чтобы не испортить затеянное своей вспыльчивостью, Беллатриса уже спокойно ответила: Не будем же тратить время.
Несмотря на ломоту в суставах ведьма почти слетела с лестниц, брала паузу на то, чтобы восстановить силы и дожидалась мага. Когда они проходили мимо пропускного пункта, тупой и отсутствующий взгляд охраны убедил ведьму в то, что империус все еще действовал.
Уже будучи за территорией Нурменгарда Беллатриса обернулась к Гриндевальду и нарушила долгое молчание, подставив локоть: Возьмитесь покрепче, сейчас мы совершим множественную трансгрессию.

0

13

-Для меня это не имеет смысла. Разве что это сэкономит время на восстановление Вашей плоти после расщепления.
Геллерт усмехнулся подобной заботе. Он хотел было ответить, но мадам Лестрейндж сама сбавила тон, раньше, чем Геллерт успел, что-либо сказать.  Да и потом, она все таки была права.  Слабей и беспомощней, чем сейчас он не чувствовал себя никогда в жизни. Единственное,  что придавало ему сил в данный момент – это призрак свободы. Призрак, который уже не маячил едва видимой тенью в сознании мага, а появился на горизонте и был ближе, чем когда-либо за все пятьдесят последних лет.
По пути Геллерт обратил внимание на охранников, пребывавших мягко говоря, не в себе. Он с интересом скосился на свою спутницу. Все таки кто она и что ей было нужно?  Что привело ее сюда,  и зачем она освободила узника, про которого, казалось, весь свет и забыл вовсе.
Едва они оказались за стенами Нурменгарда, как свежий ночной воздух ударил в голову Геллерту. В первый момент он чуть не потерял сознание от этого пьянящего ощущения. О, как отличался воздух здесь снаружи от спертого воздуха, который заполнял небольшое пространство камеры. 
Голова предательски кружилась, ноги, отвыкшие от движения, почти не слушались своего хозяина. Он едва поспевал за своей проводницей, которая буквально летела вперед.
Когда же они покинули территорию Нурменгарда, то сердце Геллерта бешено забилось. Неужели, неужели все это происходит на яву. Наконец, его спутница остановилась, она что-то говорила ему, но он не слышал ее слов, хотя следовало бы. Но все его внимание, хотя он и пытался сосредоточиться на происходящем под носом, принадлежало окружающему их.  Он слишком давно не видел столь большого пространства вокруг себя.
Он увидел любезно подставленный ему локоть, и несколько помедлив, крепко обхватил руку женщины. Он коротко кивнул Лестрейндж, давая понять, что по крайней мере внешне, готов к перемещению.

0

14

КВЕСТ ЗАКРЫТ!

0


Вы здесь » Hogwarts.Dark history. » Волшебный мир » Нурменгард